Вход

Изображения в галерее

770.jpg
834_24.jpg
832_02.jpg

Главная

Житие святого отца нашего Григория, епископа Акрагантийского ч. 1


Минея на ноябрь 16-30. Оборотная сторона. Верхний ряд: 23. Св. Григорий Акрагантский, св. Амфилохий Иконийский; 24. Св. Александр Невский, мц. Екатерина, вмч. Меркурий, мч. Меркурий Смоленский; 25. Св. Климент папа Римский, св. Петр Александрийский. Нижний ряд: 26. Прп. Алимпий Столпник, вмч. Георгий; 27. Св. Иаков Перский (над ним — Богоматерь Знамение) прп. Палладий, князь Всеволод — Гавриил Псковский; 28. Прп. Стефан Новый; 29. Мчч. Парамон и Филумен; прп. Акакий Синайский; 30. Св. Андрей Первозванный.

     Святой Григорий родился на острове Сицилия1 в селении Претории, близ города Акраганта2 от благочестивых и добродетельных родителей — Харитона и Феодотии. Родители его были люди весьма богатые и щедро благотворили из своего имущества всем нуждающимся.
     При крещении младенца Григория восприемником его от купели был блаженный Патамион, епископ Акрагантийский. На восьмом году от рождения Григорий отдан был для научения книгам одному искусному учителю по имени Дамиан и в два года прекрасно обучился читать, писать и петь церковные песнопения. На двенадцатом же году он был поставлен епископом Патамионом в клирики и поручен архидиакону3 Донату, который должен был руководить его в духовных подвигах и добродетельной жизни. Отрок упражнялся в молитве и целые дни и ночи проводил за чтением Священного Писания и житий святых отцов; отсюда в нем все более разгоралось желание пойти по стопам тех, о ком он читал.
     Когда ему исполнилось 22 года, он вознамерился идти в Иерусалим поклониться святым местам; и он начал горячо молиться Богу, чтобы Он благоустроил путь его. Однажды ночью, когда он спал в доме архидиакона около его постели, кто-то вдруг позвал его: — «Григорий!»
     Он отвечал: «Я здесь», и, встав, спросил архидиакона:
     — Зачем ты звал меня, господин мой?
     — Я не звал тебя, чадо, — отвечал архидиакон.
     И Григорий пошел, опять лег и уснул. Но тот же голос во второй раз позвал его, и он опять подошел к архидиакону, спрашивая, зачем тот звал его, и опять архидиакон отвечал ему, что он никого не звал; но на этот раз архидиакон, поняв, что Григория зовет сам Бог, затрепетал от страха и сказал отроку: «Если еще раз позовет тебя тот же голос, то ты ответь ему: «Что, Господи? Что велишь рабу Твоему?»
     Когда Григорий, ушедши от архидиакона, лег опять на свою постель, голос в третий раз назвал его по имени. Зовущий же был Ангел Господень. Григорий отозвался, как был научен, и Ангел сказал ему: «Молитва твоя услышана: ступай на морской берег и там найдешь ты людей, которые возьмут тебя с собой к святым местам».
     Григорий тотчас встал и, ничего никому не сказав, ранним утром отправился к морю и, придя к берегу, нашел там корабль и спросил корабельщиков, куда они плывут. Они отвечали, что в Карфаген4, и он упросил их взять его с собой. Все взошли на корабль и через три дня благополучно приплыли к Карфагену.
     В Карфагене Григорий пробыл несколько дней, причем часто ходил в церковь святого мученика Иулиана. Когда однажды он находился в этой церкви и занимался чтением Св. Писания, вошли три черноризца, благообразные видом, и начали молиться. По окончании молитвы один из них сел, а два остальные стали около него. Григорий, увидев их, поклонился им. Инок, который сидел, взглянув на Григория, сказал:
     — Что делаешь ты здесь, раб Божий Григорий, избравший благую часть, которая не отнимется у тебя, по слову Господню? (Лк 10,42).
     Услышав свое имя, Григорий пришел в ужас и, поклонившись старцу в землю, сказал:
     — Прости меня, отче, и помолись за меня, грешного и нерадивого.
     Старец отвечал:
     — О, если бы я имел твои грехи, сын мой5! Знай, — прибавил он, — что милосердый Бог открыл нам о тебе все, и возрадуйся, ибо Он послал нас взять тебя и проводить до святых мест, как ты желаешь, — мы и сами идем туда же.
     Тогда Григорий в умилении воскликнул:
     — Благословен Бог, устрояющий все ко благу нашему!
     Затем все четверо отправились в путь. Дорогой старец, испытывая Григория, однажды спросил его:
     — Чадо Григорий! Не скучаешь ли ты по своим родителям?
     — Господь наш сказал, — отвечал Григорий: «Кто любит отца или мать более, нежели Меня, не достоин Меня» (Мф 10,37). Но все-таки, отче, будем молиться Богу, чтобы Он и родителям моим (утратившим меня) подал благое утешение, и меня, грешного, сохранил бы от вражеских сетей.
     После многодневного пути они приблизились к святому граду6 и зашли в один монастырь, встретившийся по дороге. Между тем наступил пост св. Четыредесятницы, и потому они не пошли дальше, а остались в том же монастыре до Страстной седмицы. Здесь Григорий увидел строгий пост иноков и их бодрствование: многие из них не принимали пищи и не спали всю седмицу. Здесь он увидел людей, живущих подобно ангелам и беспрестанно славящих Бога, как славят Его на небесах, увидел иноков, проливающих слезы потоками и весь день и ночь стоящих на молитве, увидел и другие их труды и неимоверные подвиги, и пришел в ужас и бил себя в грудь, восклицая: «Горе мне! Что же такое — я? Что делать мне, нерадивому, ленивому? Как могу в день суда стать наряду со святыми?»
     Но, не желая, однако, совершенно погрузиться в бездну отчаяния, говорил себе: «Если, как говорит Давид, «близок Господь к сокрушенным сердцем и смиренных духом спасет» (Пс 33,19), то Он может спасти и меня, как спас придях в одиннадцатый час7 и не сделавших ничего достойного награды.
     Иноки, видя его опечаленное лицо, утешали его, думая, что он тоскует по своей стороне и родителям.
     — Не жалей, чадо, — говорили они ему, — о том, что ты зашел с нами так далеко: мы надеемся, что, при помощи Божией ты опять возвратишься на свою сторону и увидишь родителей своих живыми.
     — У Бога, — отвечал он, — нет чужой страны: все принадлежит Ему, и всюду Он проникает Своим всевидящим оком. И я не тужу о том, что зашел сюда и не тоскую я о своих родителях, а напротив, радуюсь, что, оставив отца и мать, нашел Бога, заботящегося обо мне. Нет, другая печаль лежит у меня на сердце. Умоляю вас, святые отцы, помолиться о мне, смиренном, Господу.
     После этого ответа черноризцы умолкли.
     Когда настал праздник Воскресения Христова, путники отправились в Иерусалим и, поклонившись святым местам, пришли за благословением к патриарху — святому Макарию8. Увидев их, патриарх сказал:
     — Радуйся о Господе, авва Марк! Откуда привел ты к нам этого богоугодного юношу Григория?
     — Не мы его привели, владыка, — отвечал Марк, — а хотящий всем спастись Господь и твои святые молитвы.
     Григорий изумился, что патриарх называет по имени и его, и старца, и обрадовался, что узнал имя старца; до сих же пор, находившись с ними столько времени, он не знал, как зовут — ни старца, ни двух других спутников, а спросить их, откуда они и как их имена, не смел, — до такой степени он был молчалив и нелюбопытен. Затем патриарх воззрел на двух других иноков и сказал:
     — Хорошо, что вы пришли, Серапион и отец Леонтий. Я благодарю Бога, даровавшего вам силы прийти сюда и привести с собой этого отрока, пламенеющего духом, служащего Господу, утешающегося надеждой, постоянного в молитве, как открыл мне о нем Господь.
     Сказав это, патриарх отправился в храм служить Божественную литургию, и все путники приобщились Пречистых Таин. А наутро авва Марк с двумя братьями, взяв благословение у патриарха, пошел посетить братию, живущую кругом Сионской горы. Григорий не знал, что они уходят, и, оставшись, очень горевал, что отстал от них. Но патриарх, в утешение ему, сказал, что отцы не уйдут в свою страну, не возвратившись сначала в монастырь.
     Тогда Григорий, поклонившись патриарху, осмелился спросить его, откуда явились эти три великие мужа. Патриарх отвечал, что они — из Рима. Когда же черноризцы возвратились в Иерусалим, авва Марк, взяв Григория за руку и наклонив его к ногам патриарха, сказал:
     — Святой отец! И этот — из стада Христова: он примет власть в Церкви и, как веслом, направит ее духовным учением во благо. А ты, отче, позаботься о нем, дабы он сохранил во всей чистоте свое душевное совершенство и не осквернился греховными помышлениями, свойственными юности.
     — Бог избрал его Себе, — отвечал патриарх, — от чрева матери и оградил его страхом Своим: Он же и сохранит его до конца.
     Потом, подняв Григория и заметив, что он плачет, патриарх сказал ему:
     — Если тебе, дитя мое, нравится здесь, оставайся с нами, — и Господь наш Иисус Христос все устроит тебе на пользу; если же хочешь идти с ними, то иди с миром.
     — Нет, святейший отец, — отвечал Григорий, — я не хочу уходить отсюда, но только молю Бога сподобить меня еще раз в этой жизни увидаться с этими святыми отцами.
     Таким образом иноки, испросив у патриарха на дорогу благословения и молитвы, ушли из святого града, а Григорий остался в Иерусалиме при патриархе Макарии.
     По пути в Рим авве Марку с Серапионом и Леонтием пришлось плыть мимо Акраганта. Они остановились здесь, приветствовали епископа Патамиона и прожили некоторое время в епископском доме, так как наступил праздник святых Апостолов Петра и Павла9. После праздника, когда они уже собирались уезжать и просили у епископа напутственного благословения, к Патамиону пришли из своего селения родители Григория Харитон и Феодотия, чтобы совершить в 1-й день месяца июля память по своем сыне, так как в этот именно день Григорий покинул родину, Феодотия горько плакала по сыну, и никто не мог ее утешить. Авва Марк спросил епископа: «О чем, отче, так плачут эти люди?»
     Епископ, вздохнув, прослезился и ответил: «У них был единственный сын, которого я принял от святой купели, когда ему минуло восемь лет, родители привели его ко мне, а я велел учить его грамоте; и Бог дал ему такие способности, что в два года он научился прекрасно читать, писать и петь в церкви. По двенадцатому году родители посвятили его моими грешными руками Богу, и я поставил его в клирики и поручил своему архидиакону, чтобы последний наставил его на путь заповедей Господних; и отрок сделался настолько сведущим в Священном Писании, что подобного ему и до сих пор не сыщешь во всей Сицилии. И вот мы не знаем, что с ним случилось, куда он ушел? Он внезапно пропал без вести; и долго искали мы его по всему острову в городах и селениях, в горах, пещерах и пустынях, но не могли найти, и не знаем, убил ли его кто-нибудь и зарыл в землю, или же он похищен и уведен в чужую сторону. А теперь всем нам жалко его до крайности, родители же его уже начали совершать поминовение о нем в тот день, когда он исчез».
     Между тем авва Марк, вглядевшись в лицо Харитона, догадался, что это — отец Григория, так как Григорий во всем очень походил на отца, и сказал плачущим родителям: «Зачем вы скорбите так безмерно о вашем сыне? Вам, напротив, должно радоваться и благодарить Бога, устрояющего все на пользу рабам Своим».
     И, обратившись к епископу, прибавил: «Прикажи прийти сюда твоему архидиакону».
     Епископ тотчас же велел позвать архидиакона, и, когда тот явился, Марк обратился к нему с вопросом: «Скажи нам, куда скрылся вверенный тебе отрок и почему ты не откроешь своему господину, епископу, величия Божия, явленного на отроке?»
     Пораженный этими словами, архидиакон поклонился старцу и просил прощения, а потом начал свой рассказ: «Когда я спал однажды ночью в своей келие и отрок почивал недалеко от меня, кто-то неожиданно позвал его: «Григорий!» Он, встав, пришел ко мне и спросил, зачем я его звал. Я ответил ему, что не звал его. Когда он лег, голос во второй раз позвал его, и он опять пришел ко мне и сказал: «Вот я, зачем ты звал меня?» Тогда я понял, что зов этот не человеческий, а от Бога, и научил его, если голос еще позовет его, отвечать: «Вот я, Господи, что велишь рабу твоему?». Он ушел на свою постель, и я услышал голос, который опять говорил ему: «Григорий! Молитва твоя услышана: ступай на морской берег, и ты найдешь там людей, которые возьмут тебя с собой». Но я, хотя и сам слышал этот голос, однако не уразумел хорошенько, о чем он говорил, и сейчас же уснул, а наутро, встав, уже не нашел Григория, и с тех пор поныне он не найден; рассказать же о слышанном мной голосе я никому не посмел, потому что боялся, как бы не сказали, что я лгу, и, не дав веры моим словам, не стали бы говорить, что я сам убил отрока или продал его в чужую землю».
     Выслушав архидиакона, епископ и родители утешились в своей печали и возблагодарили Бога, а блаженный авва Марк сказал: «Вот, как читаем в книге Царств о Самуиле (1 Цар 3,3—8), так же было в наши дни и с Григорием: как отрока Самуила, спящего в скинии, Ангел Господень три раза звал: «Самуил, Самуил!» — так удостоился подобного же зова и блаженный отрок Григорий. Воистину он будет равен пророку Самуилу! Теперь послушайте, что я скажу вам о вашем отроке. Когда я был в Риме, то пошел однажды вместе с братьями моими на молитву в храм святых Апостолов Петра и Павла. При наступлении же ночи, мы заночевали у одного инока, и в эту ночь явились мне в видении два светлые мужа, похожие на апостолов, и сказали: «встань скорее вместе с Серапионом и Леонтием, сядьте на корабль и плывите в Карфаген: там вы найдете одного странника с острова Сицилия по имени Григорий, из церкви Акрагантийской; возьмите его с собой и проводите в святой град Иерусалим к патриарху Макарию; мы уже поведали и патриарху об этом отроке и велели принять его, так как на нем почивает дух наш, как дух Илии на Елисее». Сказав это, явившиеся мне стали невидимы. Пробудившись, я вместе с братьями Серапионом и Леонтием пошел на пристань, где, по устроению Божьему, нашел корабль, готовый к отплытию в Карфаген. Мы сели на него и вскоре прибыли туда. Сошедши с корабля, мы вошли в церковь святого мученика Иулиана и здесь нашли Григория читающим книги. Мы взяли его с собой, отправились в Иерусалим и там оставили его у патриарха».
     Все слушатели аввы были чрезвычайно удивлены его словами и благодарили Бога, а Харитон и Феодотия от душевного волнения упали на землю в обмороке, но Марк поднял их и сказал: «Воздайте славу Богу за то, что сын ваш жив и проводит добродетельную жизнь».
     И прекратившие свои сетования Харитон и Феодотия вместе с епископом и всеми бывшими вознесли благодарение Богу, а также благодарили и авву Марка за его заботы о Григории и более уже не предавались печали.
     Между тем святой Григорий жил в Иерусалиме при святейшем патриархе Макарии и был поставлен им в диакона. Через несколько времени он стал просить патриарха отпустить его на Елеонскую гору10 для посещения бывших там отцов, и, получив разрешение, провел целый год, посещая доблестных подвижников и получая от них всякую духовную пользу. Потом он задумал отправиться во внутреннюю пустыню11, открыл свое намерение отцам и просил их молить Они же, помолившись о нем, отпустили его, говоря: «Ступай, чадо, с миром: вера и любовь, которую ты имеешь ко Христу, спасут тебя».
     Спустившись с горы Елеонской, Григорий углубился в пустыню и чрез три дня, по усмотрению Божию, нашел одного черноризца, молившегося в 6-й час дня. Уразумев духом, что юный Григорий ищет спасения, черноризец подозвал его к себе и спросил:
     — Куда ты идешь, чадо?
     — Куда поведет по этой пустыне Христос, — отвечал Григорий.
     — Пойдем со мной, — сказал инок.
     После двадцати дней пути они пришли на одно место, с которого черноризец показал Григорию стоявшую вдали келию с двумя финиковым и пальмами перед ней и сказал:
     — В келие той живет великий отец: если хочешь спастись, иди к нему, а мне нужно идти в другую сторону.
     И, поклонившись друг другу, они разошлись.
     Григорий, приближаясь к келие великого старца, сначала услышал пение многочисленного хора, когда же подошел ближе, — голоса только трех поющих, а приблизившись к двери келии, убедился, что пел только один старец, который кончал девятый час; но постучаться в дверь Григорий не посмел и в страхе стоял снаружи. По окончании своего правила святой отец посмотрел за дверь, увидал юношу и, узнав его тотчас же духом, позвал его к себе в келию, называя по имени, отчего Григорий пришел веще больший страх. Войдя в келию, Григорий увидел, что, кроме одного старца, там никого не было и удивлялся, как могло ему слышаться пение многих голосов, когда пел только один старец; отсюда он понял, что вместе со старцем пели святые ангелы. Он упал старцу в ноги и со слезами просил его:
     — Помилуй меня, отче, и помолись о мне грешном, чтобы Бог спас мою душу.
     — Бог помилует тебя, чадо, — отвечал старец, — и воздаст тебе за твои труды.
     Четыре года жил Григорий у святого старца и много поучился у него как духовной мудрости, так и внешнему обиходу иноческой жизни, изучил толкование богодухновенных Писаний и сделался весьма рассудительным и красноречивым. Старец, видя его разум и добродетель и провидев, что он будет великим светилом миру, не захотел удерживать его более в пустыне и велел ему оставить уединение и выступить на помощь воинствующей Церкви. При этом он предрек Григорию, что он подвергнется многим притеснениям со стороны своих завистников и поучал его бытъ терпеливым и незлобивым, а затем, помолившись о нем и дав ему благословение, отпустил его от себя.
     Уйдя от старца, Григорий опять возвратился в Иерусалим, где с радостью был принят патриархом. Прожив в Иерусалиме один год, святой отправился потом в Антиохию и отсюда в Константинополь и там жил в монастыре святых мучеников Сергия и Вакха12. Игумен монастыря, видя подвиги и воздержание Григория, который не вкушал пищи целую неделю и все время занимался чтением и писанием книг, известил о нем патриарха Евтихия. «Пришел, — говорил он патриарху, — ко мне в монастырь удивительный инок — диакон, прекрасного вида и образа жизни, великий постник, усердный исполнитель всяких иноческих подвигов и отличный знаток Божественных Писаний. Думается мне, что в нынешнее время не найти другого такого во всем Константинополе».
     Патриарх весьма обрадовался этому известию и, призвав Григория с почетом, беседовал с ним и, убедившись в его мудрости, благодарил Бога, пославшего такого мужа во время обуревавших Церковь великих волнений еретиков.
     Между тем скончался епископ Акрагантийский Феодор, преемник блаженного Патамиона. Среди акрагантийцев возникли несогласие и раздор: одни желали видеть епископом пресвитера Савина, другие — некоего Крискента, третьи — Павла, бывшего тогда архидиаконом, а иные полагались на волю Господню: «Кого изберет Господь, тот и да будет нам епископом», — говорили они.
     По этому поводу все пресвитеры, городские власти и граждане, собравшись, отправились в Рим к папе; среди них находился и отец Григория Харитон. Явившись к папе, они разделились на три партии: одни — во главе с Савином, другие — с Крискентом, третьи — с Евплом и Харитоном. Первые просили в епископы Савина, вторые — Крискента, а Евпл с Харитоном и остальными говорили папе: «Кого Бог укажет твоему святейшеству, того и поставь нам епископом».
     Папа, видя их несогласие и препирательства, велел им оставить его. И когда он находился в таковом затруднении, ночью в видении явились ему два благолепные мужа в образе апостолов и сказали: «Что ты так печалишься о несогласии акрагантийцев? Все приведенные ими — недостойны епископского сана. Но есть в Риме один пришлец по имени Григорий, который до сих пор жил в монастыре святого Саввы, а теперь, услыхав о прибытии акрагантийцев, убежал из этого монастыря и скрывается в обители святого Меркурия: призови его и поставь им епископом, так как Акрагант нуждается в том, чтобы на епископе его особо почивал Дух Божий».
     С этими словами явившиеся исчезли. Папа, пробудившись, призвал к себе пресвитеров и авву Марка, который в это время случайно пришел в Рим из своего монастыря, рассказал им о своем видении и тотчас же послал двух епископов с другими клириками отыскать и с честью привести Григория. Они пошли в монастырь святого Саввы и там спросили, где находится Григорий. Иноки отвечали, что два дня тому назад он ушел в монастырь святого Меркурия. Они отправились туда, но святой Григорий, только что собравшийся выйти из монастыря, завидел идущих епископов издалека и узнал их, так как ранее видел их на соборе в Константинополе, и, уразумев духом, что они идут за ним, бежал назад за ограду и скрылся в монастырском саду. Епископы, вошедши в монастырь, расспрашивали о нем, и иноки ответили, что в монастыре в этот день, действительно, был какой-то странник, но они не знают, куда он ушел. Епископы обратились к игумену и настойчиво заявляли ему, что если он не доставит им сейчас же этого странника, то подвергнется тяжелому наказанию. Игумен упросил их немного подождать, а сам стал тщательно искать Григория и, наконец, нашел его в саду скрывшимся в траве. Он с гневом поднял его и бранил, говоря:
     — Откуда ты пришел сюда, человече? Какие твои грехи и что ты наделал, что столь почтенные люди тебя разыскивают? Ты навел беду на наш монастырь, ступай же и давай ответ за свои грехи.
     Святой Григорий ничего не ответил и, молча, пошел за игуменом, державшим его за руку. Когда он приведен был к епископам, они тотчас узнали его, — они видели его на соборе, когда все отцы хвалили его и сам император оказывал ему почтение, — и, встав, поклонились ему и обняли его с любовью. Но он сам упал им в ноги и сказал:
     — Простите меня, отцы святые, ибо грешен я. Зачем ищете мою худость, меня, недостойного?
     — Святейший отец папа зовет тебя, — отвечали они, поднимая его с земли и давая ему целование.
     Игумен был удивлен и смущен тем, что епископы оказали такое почтение тому самому Григорию, которого он считал каким-то злодеем. Епископы же взяли Григория и с честью повели к папе.
     Когда Григорий вошел и поклонился папе в землю, папа сказал ему:
     — Ты благовременно пришел к нам, чадо Григорий; благословен Бог, явивший тебя нам.
     И, встав, он поцеловал его святительским целованием, а затем продолжал:
     — Чадо Григорий! Господь наш Иисус Христос призывает тебя на епископство в церкви Своей в Акраганте, дабы через тебя спаслись живущие там.
     — Прости меня, владыка, — отвечал Григорий. — Я недостоин такого сана.
     — Не будь непослушным, — сказал на это папа, — бойся Бога и вспомни, что многие своим непослушанием прогневали Всевышнего.
     Тогда Григорий сказал:
     — Дай мне немного времени для размышления, честнейший отец, и для окончательного ответа твоему святейшеству.
     Папа поручил Григория до времени авве Марку. Увидев авву, Григорий с радостными слезами бросился к его ногам.
     — Благодарю Бога, — воскликнул он, — за то, что Он сподобил меня увидеть еще раз в этой жизни тебя, любимый отец мой!
     Авва Марк ушел с ним в отдельную комнату, и они всю ночь провели без сна, в духовной беседе. Пред этим Григорий собирался удалиться в Испанию, особенно когда узнал, что отец его Харитон прибыл в Рим. Но Марк удержал его.
     — Чадо, — говорил он, — не прогневи Бога и — вместо благословения Его — не навлеки на себя проклятия.
     С тех пор Григорий оставил свое намерение. Вскоре папа призвал к себе жителей Акраганта и спросил, согласились ли они, наконец, в выборе себе епископа.
     — Мы, владыка, не знаем, — отвечали те, — что тебе ответить: мы положились на Бога и на твои святые молитвы, и кого укажет тебе Бог, того и дай нам; мы же примем его с любовью.
     Папа, приглядевшись к лицу Харитона, догадался, по близкому сходству, что он — отец Григория.
     — Пойдем в церковь, — сказал он тогда, — и помолимся Богу, дабы Он указал нам, кого Сам считает достойным.
     И вот, когда папа с епископами и всем клиром возносили молитвы в храме святых первоверховных Апостолов Петра и Павла и Григорий находился с ними, явился над святой трапезой летающий голубь и опустился на голову святого Григория. Все благоговейно устрашились при этом неожиданном чуде.
     «Вот, Бог явил нам, кого Он избрал достойным епископского сана», — сказал папа, и посвятил Григория в епископа Акрагантийской церкви.
     Все граждане Акраганта были рады этому и приняли Григория с любовью, как избранного Самим Богом. И Харитон узнал своего сына и горячо благодарил Бога за то, что Он сподобил его видеть сына живым и еще в таком сане.
     Немного дней спустя акрагантийцы, получив благословение от папы, возвратились с новопоставленным епископом в свой город. Когда они проходили мимо Панормии13, навстречу им вышел епископ этого города с клиром и всем народом и радушно принял их: он наслышался о добродетельной жизни Григория и просил его войти в церковь и преподать благословение народу. Когда Григорий входил в храм, к нему приблизился один монах, жестоко пораженный проказой и громко взывал к нему:
     — Помилуй меня, раб Христов, и помолись обо мне Богу, чтобы Он облегчил мне мою тяжкую болезнь.
     — Во имя Господне исцелись от твоего недуга, — сказал ему святой.
     И инок тотчас исцелился и очистился от проказы, так что тело его сделалось, как у малого ребенка.
     Все славили и благословляли Бога, творящего чудеса чрез Своего угодника.
     Григорий со спутниками вышли из Панормии и приблизились к Акраганту. Здесь встретил их игумен пригородного монастыря Пресвятой Богородицы. Когда Григорий вступил в монастырь, к ногам его упал один глухонемой инок; игумен отстранял его от ног епископа, но святой Григорий сказал ему:
     — Оставь его, брат, пусть он объяснит нам, что ему нужно. Игумен сказал:
     — Он — юродивый, владыка, и к тому же нем и глух. Святитель вздохнул и, воздев руки к небу, совершил молитву, а потом поднял инока с земли и сказал ему:
     — Во имя Господа нашего Иисуса Христа, повелевшего бесу глухому и немому выйти из создания Божия, начни говорить, брат, и услышь, и прославь Бога, сотворившего тебе это!
     И тотчас инок начал говорить и громко восклицал:
     — Велики дела Твои, Господи, которые Ты сотворил ради этого человека!
     Святой спросил инока, сколько прошло лет с тех пор, как он уже не говорит.
     — Я не помню, владыка, — отвечал исцеленный, — того времени, когда я говорил или слышал.
     Игумен сказал тогда за него:
     — Вот уже двадцать лет, владыка, как мы его постригли, а пострижен он был восьми лет и до сегодня был глух и нем; теперь же исцелился твоими молитвами.
     Всех охватил при виде чуда благоговейный страх и все благодарили Бога, давшего им епископа-чудотворца.
     В этом монастыре святой Григорий оставался до утра, и наутро отправился в Акрагант. Остававшиеся дома жители города, услыхав, что идет новый епископ, спрашивали друг друга: кто же избран: Савин, Крискент, или Евпл? — и, узнав, что никто из этих трех не удостоен епископства, а избран один странник именем Григорий, были очень удивлены, а услыхав, что он — чудотворец и уже исцелил глухонемого, прониклись благоговением. Все население города вышло навстречу и приняло от него благословение, и он, благословляя, возлагал на всех руки. Вышла, между прочим, и мать его Феодотия вместе с другими пожилыми женщинами, еще не знавшая, что новый епископ — ее сын. Но, взглянув на него, она сейчас же узнала его и сказала: «Воистину, это — сын мой, который «был мертв и ожил» (Лк 15,24).
     Григорий же, увидев мать, воскликнул:
     — Здравствуй, госпожа Феодотия, мать моя!
     — Благословен Бог, — отвечала она с великою радостью, — избравший тебя пасти людей Его и сподобивший меня увидеть тебя, милый сын мой!
     Затем все с пением вошли в храм. И когда святой Григорий совершал Божественную литургию, некоторые из достойных видели благодать Святого Духа, сошедшую на него в виде голубя и осенявшую его, подобно тому, как это было и при его посвящении. К церкви было принесено множество больных, и святой Григорий возвращал им здравие, возлагая на них руки, так что все изумлялись и говорили: «Действительно, он подобен святому Григорию, Неокесарийскому чудотворцу».
     И была в городе великая радость.
     Вступив в управление паствой, Григорий много заботился о нищих, исцелял больных и изгонял бесов. Отец его Харитон почти не выходил из церкви, в посте и молитвах служа Богу день и ночь; точно так же и мать его Феодотия, отложив все житейские заботы, радела только о своем спасении, служила больным и бедствующим от нищеты, питая и одевая их на свои средства. Таким образом, Григорий, вместе со своими родителями, был украшением Церкви Христовой и служил для всех примером добродетельной жизни.
     Однажды святой Григорий отправился в город, с тем чтобы посетить больных и нищих, и все жители полагали своих больных при дороге, где должен был пройти святой врач, который и исцелял всякие болезни одним прикосновением рук. Между прочим, у пресвитера Савина была расслабленная дочь, которая лежала на постели и совершенно лишена была сил, так что сама не могла сделать ни одного движения, и уже другие поворачивали ее. Мать ее, услышав, что епископ пойдет мимо их дома, вынесла ее наружу и положила на пути святого. Когда Григорий приблизился, она с плачем упала к его ногам и сказала:
     — Помилуй меня, раб Божий, и умилосердись над моей расслабленной дочерью.
     Святой спросил ее, чья она жена. Тогда пресвитер Савин вышел из дома и, поклонившись епископу, сказал:
     — Это — твоя раба, господин мой, и моя жена.
     — Давно ли болеет ваша дочь? — продолжал епископ.
     — Девять лет, владыка, — отвечали они, — как она лишилась сил.
     Сотворив молитву, святой осенил девицу крестным знамением и сказал:
     — Во имя Иисуса Христа, девица, встань и стань на ноги.
     И тотчас девица встала совершенно здоровой и воздала благодарение своему исцелителю. Народ же, следовавший за святителем, удивлялся совершавшимся через него чудесам.
     Но через несколько лет ненавистник всякого добра — диавол восстал против святого и замыслил лишить его престола через того же самого Савина, дочь которого исцелил святой Григорий, и через упоминавшегося также Крискента. Оба они были пресвитерами в Акраганте и в свое время, как уже упомянуто, каждый из них добивался епископства, почему они и находились во вражде друг с другом. Теперь же они примирились и вместе стали действовать против святого Григория и, подвигнутые диаволом на зависть, говорили между собой: «Долго ли мы будем повиноваться этому человеку — волхву, который творит чудеса своими чарами и изумляет простой народ? Или не знаем мы, что когда-то он бежал из нашего города, жил у одного волхва и научился от него волшебству, а теперь, возвратившись сюда, обольщает людей, утверждая, что он — человек Божий, на самом же деле он подобен бесу, потому что не ест и не пьет, как и бес!»
     Все эти хулы и клеветы на праведника возводили они из зависти к высокому положению и славе Григория. Они привлекли на свою сторону и некоторых из клириков, и граждан и дали друг другу клятву в том, что не успокоятся, пока не выживут Григория из города; епископом же вместо него они хотели поставить некоего Елевсия — еретика, лишенного пресвитерства и преданного Лаодикийским собором14 проклятию; он тайно явился в Акрагант и, неведомо для святого Григория, скрывался у одного жителя города по имени Феодора. Ранее святой Григорий видел этого Елевсия на востоке, имел с ним прения о воплощении Сына Божия и победил его. Эгот-то самый Елевсий, во время своего трехмесячного пребывания в Акраганте сумел возбудить в Савине, Крискенте и некоторых других зависть и вражду к святому Григорию.
     Враги Григория, посоветовавшись между собой, подкупили одну молодую жену по имени Евдокия, красивую лицом, но бесстыдного и развратного нрава, чтобы она всенародно в лицо сказала епископу, что он согрешил с ней. Она сначала не соглашалась было и говорила, что граждане Акраганта, смотревшие на Григория, как на ангела Божия, не поверят ей, и что она боится, как бы народ не побил ее камнями; но они убедили ее, что она останется невредимой, и богатым подкупом соблазнили ее согласиться на их предложение; тогда они стали выжидать удобного времени, чтобы повергнуть Григория в беду и позор. Однажды ночью, когда святой Григорий находился в храме за полуночницею, Савин и Крискент взяли с собой нанятую развратницу и тайно привели ее к епископскому дому. Здесь они нашли привратника, стоявшего на стороже у дверей и при помощи золота уговорили его молчать, а сами провели Евдокию в опочивальню святого и, заперев ее там, вышли. Ничего не знавший Григорий оставался в церкви до самого конца утрени. Настал день, и, когда епископ вышел, наконец, из церкви, весь бывший у утрени народ пошел за ним, ибо у акрагантийцев таков был обычай — всегда провожать своего епископа от храма до самого дома. Дойдя до своих дверей, святой Григорий обратился к провожавшим, давал им различные наставления и благословлял их. В толпе были и Савин с Крискентом и остальными сообщниками: они бросились в опочивальню епископа, вывели оттуда в присутствии епископа и всего народа женщину и громко закричали: «Глядите, люди, что делает наш епископ! Так ли должно ему жить? Мы все говорили, что он — святой, а он оказался блудником: отныне он недостоин епископского сана!»
     Народ пришел в изумление, и все онемели, как камни, не зная, что сказать. Изумился и сам святой Григорий пред такой неожиданной напастью и молчал.
     Стали допрашивать женщину ту, был ли с ней епископ, и она при всех подтвердила, что он был с ней в минувшую ночь. Архидиакон и другие близкие к епископу спросили ее, в котором же именно часу ночи он был с ней. Она, наученная заранее врагами Григория, отвечала, что после повечерия.
     — Жив Господь, воскликнули близкие епископа: неправду говорит эта лживая женщина!
     Но враги его отвечали:
     — Вы ему — свои люди и не заслуживаете веры, так как стараетесь прикрыть грехи вашего господина!
     На это один юный диакон по имени Филадельф сказал словами псалма:
     — Да онемеют уста лживые, которые против праведника говорят злое с гордостью и презрением (Пс 30,19).
     Крискент подбежал к Филадельфу и стал бить его по щекам. Многие из народа соблазнились и поверили клевете, видя, как женщину выводили из опочивальни и слыша, как она при самом епископе говорила, что он был с ней; другие же, несмотря ни на что, не верили ей. Однако противная сторона взяла верх, и епископ был схвачен, выведен из своего дома и посажен в темницу, в которой некогда страдал за Христа священномученик Григорий, епископ Ливийский: там враги заперли и этого святого Григория, забили ему ноги в колоду и, заколотив двери, крепко сторожили. Затем они поспешили отправить письмо к находившемуся в Сицилии экзарху15 папы с известием о случившемся и просьбой прибыть в Акрагант для суда над Григорием.


     Прим.
  • 1 Остров Сицилия лежит в Средиземном море у южной оконечности Апеннинского полуострова, от которого он отделяется проливом Мессинским.^
  • 2 Город Акрагант — ныне Агригент — находится на юго-западном берегу острова Сицилия.^
  • 3 Слово «архидиакон» с греческого означает, «начальник диаконов», т. е. старший, или высший служитель. В настоящее время этим именем называются первенствующие в служении диаконы из монашествующих (первенствующие же диаконы из белого духовенства именуются протодиаконами). Но в древней церкви архидиаконы стояли в непосредственной близости к епископу и помогали ему в управлении церковью; иногда, напр., на соборах, они являлись даже его представителями.^
  • 4 Карфаген — город на северном берегу Африки; ныне представляет собой одни развалины.^
  • 5 Т. е. о, если бы я так же свободен был от грехов, как и ты.^
  • 6 Т. е. к Иерусалиму.^
  • 7 См. Мф 20,1—19. Смысл евангельской притчи тот, что раскаяние и обращение к Богу никогда не бывают поздними.^
  • 8 Макарий II был патриархом Иерусалимским с 563 по 574 год.^
  • 9 Т. е. 29 июня/12 июля.^
  • 10 К востоку от Иерусалима через долину, называемую Кедронской. Здесь Господь предрек кончину мира, Иерусалима и храма и отсюда же вознесся на небо. Гора Елеонская на 2600 футов выше уровня Средиземного моря.^
  • 11 Внутренняя пустыня находится между Иерусалимом и Иерихоном; это — скалистое, дикое и бесплодное место.^
  • 12 Память их 7/20 октября.^
  • 13 Панормия, ныне Палермо, — город на северо-западном 6ерегy о. Сицилия.^
  • 14 Лаодикийский (во Фригии) собор был в конце IV века, незадолго до II Вселенского Собора. Правила его (60) касаются различных подробностей чина богослужебного, дисциплины клира, семейной жизни и нравов мирян, пороков и заблуждений того времени и еретических учений, и в этом смысле представляют немало характеристических указаний на церковную обрядность и жизнь тогдашних христиан.^
  • 15 Экзарх — епископ, подчиненный только одному папе и не зависевший от областного епископа, куда бы ни явился.^


  • Православный календарь

    Декабрь 2018
    Пн Вт Ср Чт Пт Сб Вс
    26 27 28 29 30 1 2
    3 4 5 6 7 8 9
    10 11 12 13 14 15 16
    17 18 19 20 21 22 23
    24 25 26 27 28 29 30
    31 1 2 3 4 5 6

    События календаря

    Нет событий

    Обсуждение на форуме


    Статистика:Каталоги:Рекомендуем:
    Яндекс.Метрика
    Яндекс цитирования HD TRACKER - фильмы DVD, кино, HDTV, Blu-Ray, HD DVD, скачать, torrent, торрент
    Все материалы публикуются исключительно с разрешения правообладателей. ©   | Поддержка сайта - Дизайн студия КДК-Лабс 2005-2011 гг.